Ставрополь сегодня
Поиск
Как в краевом центре зародилось новое течение в мировом искусстве
Ставрополь – родина фарбизма
23 апреля 2013 18:13

Художник Евгений Саврасов мало похож на основоположника чего бы то ни было. Пышущий здоровьем крепыш и в свои семьдесят три заражает окружающих обаянием, бодростью и жизнелюбием. Такие же и его полотна – полыхающие, будоражащие, волнующие. Он из того поколения ниспровергателей устоев, которое позже получило название «шестидесятников» – именно на эти годы пришлось их взросление и осмысление своей роли в этом мире. 

Но прежде была Великая Отечественная. И, как все дети войны, маленький Женя Саврасов сполна хлебнул и этой нелёгкой доли. Старший брат, военный лётчик, кавалер ордена Ленина и других наград с фронта не вернулся… А Саврасов-младший тем временем жил в оккупированном Ставрополе на улице Лермонтова, которая тогда ещё не была такой «многоэтажной». И у каждого двора высились огромные кучи навоза для огородных потребностей. Женя Саврасов взбирался на эту кучу и, извините за подробности, справлял нужду на проходящую колонну фашистских солдат – никаким более грозным «оружием» трёхлетний малыш не располагал. При всей внешней безобидности, последствия могли быть весьма неприятными – от основательной порки до расстрела. И мама в ужасе стаскивала Женю с навозной кучи и прятала под подолом. Сейчас к такому поступку Саврасова наклеили бы какой-нибудь модный ярлык, типа «акция гражданского неповиновения» или что-нибудь в том же духе. Разумеется, ни о чём таком он тогда не думал. Своим детским разумом он не очень-то и понимал – кто такие эти немцы и что им здесь нужно. Но из разговоров взрослых он твёрдо уяснил, что нам они, мягко говоря, совсем не друзья, а потому и пытался таким вот образом выразить своё отношение к происходящему.

Позже, как все его сверстники, мечтал с оружием в руках, вместе с Фиделем Кастро и Че Геваррой, защищать кубинскую революцию.

А ещё Саврасов с детства грезил морем. И когда встал вопрос о выборе профессии, решил ехать поступать в ростовскую мореходку. Но мама, женщина мудрая и видевшая тягу сына к рисованию, посоветовала выбрать другую профессию. И даже заранее съездила в Ростов, разузнала все подробности и перед отъездом Жени рассказала ему весь маршрут – на какой трамвай садиться, где выходить. И хотя мореходка была метрах в трёхстах от вокзала, Саврасов этого тогда не знал и оказался с документами в руках перед дверями Ростовского училища искусств имени Грекова. Так страна лишилась моряка Саврасова, но получила Саврасова-художника. 

Именно там, в училище, и познакомились Алексей Соколенко, Евгений Саврасов и Вячеслав Гончаров – будущие основоположники фарбизма. Само название имеет немецкий корень, в переводе означающий «цвет, краска» и происходит от названия германского журнала о живописи «Фарба». В русской версии новое течение должно звучать что-то вроде «красочников». И это название полностью отражает суть этого стиля – через цвет передавать настроение, форму, внутреннее содержание.

Рассуждая о течениях в искусстве, Саврасов вспоминает подготовку к выставке, посвящённую 30-летию МоСХа (Московского Союза художников).

– Там тогда были собраны лучшие мастера страны, получившие мировую известность ещё в двадцатых годах – Дейнеко, Жилинский, Фальк и многие другие... Каждый – яркая индивидуальность, имя в нашем искусстве. Выставка получила широчайшую известность, благодаря визиту Хрущева. Это именно там он обозвал авторов педерастами, ругался и вовсе непечатными словами. Его пытался поставить на место Эрнст Неизвестный. А в итоге всё закончилось тем, что и в Москве, и на местах начали тщательно «вычищать» всё, что хоть немного отличалось от соцреализма. И, вне зависимости от того, к какому именно течению кто принадлежал, всех «оптом» стали называть формалистами. То есть, у нас в искусстве появилось как бы два течения – официально одобренный соцреализм и всё, что не укладывалось в эти рамки – это формализм. Мы принадлежали к левому крылу в искусстве, но тогда в такие тонкости не вдавались – импрессионизм, имажинизм, кубизм – это без разницы, всё это формализм. Дошло до того, что на практических занятиях в художественном училище стали присутствовать директор или завуч, которые следили, чтобы каждая линия была исполнена только в духе соцреализма.

Свою художественную «родословную» фарбисты ведут от всемирно известного Сарьяна. Он дружил с Матиссом, не очень ладил с любой властью, но всё же сумел на юге России воспитать целую плеяду талантливых художников. В том числе Теряева и Аветисяна, которые, в свою очередь, и стали в Ростове-на-Дону учителями Соколенко, Саврасова и Гончарова. Своё влияние на будущих фарбистов оказали и Маяковский с Вознесенским – своей ритмикой и образностью. «Художник первородный – всегда трибун, в нём дух переворота, в нём вечный бунт!».

Евгений Саврасов подчёркивает, что фарбистам, как южным художникам, были ближе яркие палитры, а не серость, допустим, того же Ленинграда. Поэтому они внутренне искали выражение своих чувств через цвет.

После окончания училища фарбисты вернулись из Ростова в Ставрополь и нашли здесь единомышленников. В первую очередь, Виктора Чемсо и Петра Горбаня.

– Им в своё время повезло – они поработали в Краснодаре, в местном музее, где хранились в запасниках образцы искусства двадцатых годов – официально не разрешённые, но всё же и не выброшенные, – рассказывает Саврасов. – Вот так, понемногу, удавалось знакомиться со свежими мыслями и идеями. К тому же, в Москве стали проводиться великолепные выставки – Пикассо, Матисс, Ороско, Секейрос… Нам запрещали творчество в подобном духе, но поскольку это были западные коммунисты и социалисты, выставки их полотен устраивали. Билет на самолёт тогда стоил 27 рублей с копейками. Зарплаты у нас были небольшие – Алексей Егорович Соколенко работал в Фонде художников, я преподавал в Школе искусств. Но находили мы эти деньги и практически ни одной значимой выставки не пропускали. Вечером на самолёт, днём знакомились с выставкой, вечером в гостинице или у кого-то из московских художников до хрипоты спорили об увиденном, утром – уже в Ставрополе. Вот так, при вроде бы запрете на инакомыслие, чиновники от культуры всё же давали нам возможность познакомиться практически со всеми значимыми художниками и тенденциями в современном искусстве. Южная Америка, Индия, Египет, Европа – всё это тогда активно выставлялось.

Официальной даты возникновения фарбизма нет – трудно назвать не то что день, даже год.

– Это шло постепенно – и под влиянием увиденного, и под действием каких-то внутренних факторов, своих переживаний и исканий, – говорит Евгений Владимирович. – Процесс продолжается постоянно и ежедневно. Мне восьмой десяток, а всё равно поиск каких-то новых форм и средств идёт. У человечества этот поиск начался, наверное, со времён наскальной живописи и благополучно дожил до наших дней, и после наших дней – будут искать и находить.

Официальная страница STAVTODAY.RU в фейсбук
4352
Следуйте за нами
 
 
 
 
 
 

Ставрополь сегодня

Новости Ставрополя и Ставропольского края.

добавить на Яндекс
16+
© 2013-2015 ООО «Ставрополь сегодня». Все права защищены. Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС77-54899 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Согласно ФЗ № 436 от 29.12.2010 "О защите детей от вредоносной информации" сайт STAVTODAY.RU относится к категории информационной продукции, которую могут использовать дети, достигшие возраста 16 лет.
netbyte